не был. С интересом оглядывал интерьер адмиральской каюты, но пока разговора о кораблях не заводил. Он уже был в курсе, кто на нас напал, и с берега чуть позже доложили, что тело брата найдено среди трупов у Мияндарреха. Он насупился, я подумал, что из-за брата. Оказалось, что он пришел к такому же выводу, что и я давным-давно:
– Ты мне брат, а Исмаил – изменник.
– Да, брат Насреддин, предают только свои.
– Это верно! Ну, вот скажи: чего ему не хватало? Это я его назначил наместником в Бухаре! Мне требовался там «свой человек», иначе прислали бы из Багдада. Ну, ПОЧЕМУ? Мы ведь дети одного отца и мать у нас одна! Росли в одной комнате. Ели много лет из одной тарелки? ПОЧЕМУ?
Новик, наш переводчик, настолько вошел в роль, что переводил даже с интонациями. И вообще, я ему заготовил отличный подарок, но он пока этого не знает. Я ему решил подарить судно, на котором он будет возить свои грузы по Каспию, далеко не самому спокойному морю-озеру в мире. Толмач из него просто великолепный! Ну, а столкновение с войсками Исмаила, благо, что все обошлось без потерь с нашей стороны, только укрепят наше положение в Северном Иране. Да и во всей Средней Азии. Страшно было не за себя, а за то, что выволок Саньку и Милу под удар. Впрочем, если парень не научится держать удар – грош цена ему будет, как князю. Но вообще, это страшно, когда на тебя с грохотом несется конная лавина. Он – стрелял, восемь патронов выпустил по команде. Так что, кое-какие навыки от своих учителей уже получил. С Насром мы расстались хорошо. На наши проводы он даже пригнал кучу народа, так как заранее объявил, что мы уходим домой. Многие пришли, тем более, что мы столы для всех накрыли на берегу, с помощью Насреддина. За старшего здесь Новик остался, который на месте нашей высадки начал сооружать причал, склад и посольский городок. Есть еще одна причина, почему здесь: воду здесь экономят, сюда от самых гор идет кяриз, в конце которого небольшое подземное озеро, избыток воды из которого сбрасывается в канал и затем в залив. Глубина, на котором залегает озеро – почти семь метров. Вода – чистейшая, хоть в аккумуляторы заливай, ток не проводит. Кяриз сооружен до начала новой эры, шел в Бендер-Шах, в котором была крепость, охранявшая вход в залив, еще при греках. Затем, уже при парфянах, здесь прорыли канал, о котором я писал выше. Парфяне флот не строили, а греков вырезали полностью. Крепость разрушилась. Воду нашел колодезных дел мастер, которого прихватил с собой из Новгорода Новик, с помощью какого-то древнего прибора, состоявшего из ниток и ивовой палочки. Наиболее точно он сработал на месте древнего засыпанного колодца, который вел в кяриз. Свою крепость мы решили перенести сюда. Назвали ее Новохвалынском. Эмир не стал возражать, идея охранять вход в залив ему понравилась. Бендер-шах, так как река изменила русло, уйдя севернее, а кяриз был поврежден, в этом качестве не годился. Выдержать осаду без воды в этих местах невозможно.
Сами мы, отправив из Итиля людей, продовольствие и подкрепления Новику и разместив в дельте будущий Каспийский флот, ушли на катамаране в Самару, а оттуда, верхом, вернулись в замок.
Глава 17. Новый противник
Возвращение было «юбилейным»: ровно 10 лет назад произошло убийство в Змеином замке. После уточнения календаря, я точно знал, что произошло это 25 ноября 858 года. Прочитав почти все, что было написано его ближайшими родственниками, в том числе, дневник Ольга, я, как мне кажется, понял его главную ошибку: члены его семьи не были посвящены в его планы и не поддерживали его. Они пытались вернуться к прошлому: чинопочитанию, девкам-прислужницам, к положению в «обществе», а он был подвижником, которому сдвинуть историю не получилось. Он очень много сделал, но так и остался одиноким умником, неизвестным гением. У меня, в целом, дела идут очень медленно, но я уже не один. Есть завод и развитое производство продуктов питания, в том числе, сахарный завод, продукция которого идет во все страны Старого Мира. Сейчас привез иранский хлопок, есть прядильные машины, видел, как отделяют хлопок от семян в Горгане, сделать, имея электричество, такую машину особого труда не составляет. Весь хлопок высокого качества и ручной сборки. Мила еще в Иране убедилась, что скручивается в нить он гораздо легче, чем конопля, нить получается ровная и без комочков на ней. Так что, еще один товар будем иметь в массовом количестве, помимо шуб, сахара и конопляных тканей. А это – важно, даже важнее, чем оружие, с которым требуется быть максимально осторожным. Здесь главным изобретением стали свето-шумовые гранаты. Эпоха конных лав, начатая арабами, за счет которых они распространились со скоростью звука на громадной территории, закончилась. Перекрыт канал поступления пополнений: это уже заметно, потому, что количество стычек на юге у пограничной охраны княжества, два месяца назад резко уменьшилось. Государства Средней Азии, а их четыре, не желая делиться водой с кочевниками, выталкивали их на запад. С их подачи были оттеснено в центр Европы финно-угорское племя венгров, туда же ушло часть аланов. Исчезли булгары и множество других племен, живших в районе Волги. Пришедшие им на смену монголоиды, хоть и оказали серьезное сопротивление Чингису, но после 14-ти лет войны вошли в орду, на правах младшего хурала, и двинулись в Европу, и на Русь. Русь выстояла, но с огромными потерями. Русичам уходить было некуда: на Западе их не ждали, успешную экспансию провел папа Римский, в условиях окончательного упадка Византии, пальма первенства в христианском мире перешла к нему. Но его абсолютная власть достаточно быстро надоела европейцам и началась целая череда религиозных войн, закончившихся после победы буржуазной революции в Голландии. Но для победы им понадобилось очень много времени и выкормить британскую монархию, себе на гибель. Русские на Востоке были тоже не нужны, если бы не одно обстоятельство: создав, уже после смерти Чингисхана, Срединное государство и завоевав полностью Китай, они остановились в своем «величии», так как окраинные «орды» быстро отделялись от метрополии (вспоминаем процесс распада Арабского халифата), и шли по собственному пути развития, все они, в конечном итоге, оказались поглощены русским государством, так как застыли в «средних веках», а духовенство не давало развиться обществу. В России происходило тоже самое, духовенство получило право заниматься образованием, церковь имела приписных крестьян, с помощью которых
